Миру — «Мир»? Если США отключат Европе Visa и Mastercard, ей придется обращаться к России и Китаю

В последние недели отношения США и ЕС резко ухудшились на фоне гренландского кризиса. 22 января американский президент Дональд Трамп и генсек НАТО Марк Рютте согласовали основу будущего соглашения по поводу крупнейшего в мире острова площадью 2,166 млн км2 и одновременно автономной (расширенной с 2009 года) территории Дании.

Переговоры о присоединении острова к США до резкого разворота Трампа сопровождались угрозами ввести очередные пошлины против Евросоюза. Politico также передавал, что европейские чиновники и дипломаты готовили ответ Вашингтону в форме в том числе ввода пошлин, повышенных налогов для американских компаний и запрета на американские инвестиции в европейскую экономику.

Конфликт пока миновал, однако планы Трампа в отношении Гренландии и в целом торговая политика его второго президентского срока заставили многих европейцев задуматься о пересмотре модели свободной торговли и всеобъемлющей кооперации с США.

Одним из ключевых вопросов остается практически полное доминирование американских финансовых структур даже во внутриевропейской торговле. Еще весной прошлого года глава Европейского центрального банка Кристин Лагард говорила, что считает необходимым «на всякий случай» приступить к разработке собственной платежной инфраструктуры.

«Когда вы платите — в интернет-магазине, картой или телефоном, вы всегда полагаетесь не на ЕС. Visa, Mastercard, PayPal, Alipay — откуда они? Либо из США, либо из Китая», — указывала она. По словам Лагард, зарубежные компании подчиняются законам ЕС, но «никогда не знаешь, что может произойти».

Потенциальные американские санкции и ограничения против платежей в Европе будут осложнены тем, что процессинговый центр Mastercard использует евро как базовую валюту. Компания с высокой вероятностью попадет под контрсанкции Брюсселя.

Visa будет все же проще, так как валюта операций конвертируется в доллары США в том числе через двойную конвертацию. Доля евро в транзакциях SWIFT в свою очередь варьируется на уровнях примерно 22−25,7%, что вероятно осложнит резкие действия американских финансовых властей.

Стоит отметить, что сейчас уже действует European Payments Initiative (EPI), которая направлена на создание единой европейской платежной системы. В 2026 году ключевой проект инициативы — цифровой кошелек Wero, который уже работает во Франции, Германии и Бельгии, и внедряется в Нидерландах и Люксембурге. EPI объединяет 16 европейских банков и платежных провайдеров.

Также в Европе работает SEPA (Single Euro Payments Area), которая делает возможными безналичные банковские переводы в евро между странами-участницами, хотя и не является отдельной платежной системой в традиционном понимании. Все же это совокупность стандартов, расчетов и инфраструктуры разных банков.

Доцент кафедры международной торговли ВАВТ Андрей Кушниренко в беседе с «СП» указал, что теоретически американские финансовые власти могли бы отключить европейские государства от SWIFT, Visa и Mastercard, но практически — точно нет.

— Все потому что такие действия нанесут мощнейший урон прежде всего самим американским товарным агентами и самое главное — банкам.

Проблемы у США начнутся даже не из-за исчезновения выручки с процентов от переводов, но из-за того, что они перестанут контролировать банковские переводы в долларах. Mastercard вообще может закрыться, учитывая, что они более активно используют евро в качестве расчетной единицы.

Тогда финансовая власть США просто исчезнет. Если отключить ЕС от SWIFT, то американцы потеряют контроль над всеми финансовыми операциями сразу всех 27 европейских участников блока.

Европейские фирмы в таком случае вступят во все возможные и невозможные на текущий момент контакты, в том числе с китайскими и российскими компаниями и платежными системами.

«СП»: Выгодно ли европейцам создавать собственную и более масштабную платежную систему?

— Это зависит от фундаментального экономического положения ЕС. Если бы оно оставалась на уровне 1990-х годов, то тогда могла бы идти речь о превращении евро в полноценную резервную валюту и создании платежной системы.

Но с момента ввода евро в полноценный оборот в начале 2002 года по 2025 год доля Евросоюза в мировом ВВП резко уменьшилась, с примерно 25% до 13%. Доля евро в мировой торговле в последнее десятилетие даже немного снизилась с 29,4% в 2015 году до чуть менее 29%.

По сути евро многим экономикам особенно не нужны, кроме как в обмене товарами и услугами с самим ЕС. К тому же потоки энергоносителей оплачиваются за доллары. Евро так и не получилось масштабно интегрировать в рынок нефти и газа.

Поэтому сейчас далеко не самый лучший период для организации общеевропейской платежной системы. На курсовой разнице, думаю, у Брюсселя за счет создания аналога SWIFT тоже не получится сэкономить.

Платежные системы в отдельных странах Евросоюза в свою очередь будут оставаться на периферии, и они не смогут выбить со своих рынков американскую финансовую инфраструктуру.

Европейским властям и бизнесу лучше подумать о наращивании производства каких-то востребованных товаров, но пока это у них не особо получается.

«СП»: Могут ли европейские финансовые власти создать выгодную для них систему электронных валют?

— Цифровизация евро по примеру цифровизации юаня и рубля вполне возможна, но пока у европейцев этот процесс идет в качестве эксперимента. Гражданам стран ЕС будет достаточно сложно на текущий момент воспользоваться преимуществом таких денег, потому что пока у них финансовые технологии развиты не так хорошо.